Считается, что при кПТСР - любого происхождения - помогает EMDR.
(*Под EMDR я здесь имею в виду стандартный протокол билатеральной стимуляции - метод терапии, в котором человеку предлагается представлять травмирующее событие как бы "со стороны" и одновременно следить за движениями руки/ручки в руке у терапевта (десенсибилизация движениями глаз) либо совершать действия, которые способствуют билатеральной стимуляции - похлопывать себя руками по плечам, постукивать пальцами по груди и т.п. Терапевт спрашивает, что сейчас происходит с клиентом, и помогает регулировать состояние в процессе. В результате реакция на триггер становится менее острой).
Действительно, бывает, что после таких EMDR-сессий человеку становится легче. И когда на глазах меняется состояние, отпускают напряжение и тревога - кажется, что EMDR прекрасно работает, вот же результат. Вот удалось интегрировать кусочек тяжёлого опыта, который никак не вставал на место, и человек успокоился.
Быстро, легко, эффективно.
Гармония длится до первого столкновения с триггером.
Триггер - и конструкция рушится в состояние "до терапии". Расползается ровно по тем же швам, которые были так технично заштукатурены.
Она поползет по ним вообще в любом случае, при любой терапии - но если человек понимает, что происходит, и знает, что с этим делать, это заметно облегчит ему жизнь.
Ранняя комплексная травма радикально меняет структуру личности.
И поэтому, как пишет Янина Фишер, "Не так важна способность выносить воспоминания о травматическом событии, как чувство безопасности здесь и сейчас, или умение осознать, что учащенное сердцебиение - всего лишь реакция на стимул, а не признак реальной угрозы, или же умение увидеть стыд, горе и гнев как воспоминания о чувствах себя-ребенка, слишком маленького, чтобы суметь самостоятельно себя успокоить".
Недостаточно проработать отдельно реакцию на триггер, заделав трещину.
Нужно что-то делать со всей конструкцией в целом, чтобы усилить связи между частями.
Но в EMDR нет таких техник - и строго говоря, это вообще не техника.
Это поддержка способности самособираться - как терминатор из жидкой стали - вокруг защиты общих интересов всех частей. Вокруг безопасности, справедливости, любви, созидания или желания построить простую нормальную жизнь. С этим может помочь терапевт - но он никогда не может это дать клиенту.
Нельзя помочь при кПТСР, только давая что-то извне - но не задействуя стремление человека хорошо жить, его упорство и его способность разбираться в том, что с ним происходит.
Это долгая, сложная и глубокая совместная работа.
Это никогда не легко и не быстро.
Это не легко даже тогда, когда человек прилагает все волевые усилия, на которые способен, чтобы выбраться.
Реакция на триггер может быть разной - в зависимости от того, работает ли терапия.
Это может быть полный распад в варианте "меня разорвет на много маленьких медвежат".
Или это может быть "стонал, но держал", если человек знает свои части, понимает симптомы верно - как то, что ему что-то хотят сообщить, может эти сообщения расшифровать и дать на них ответ.
И если терапевт научит человека хотя бы ориентироваться в состояниях, которые на него находят - то при встрече с триггером этот человек по крайней мере не будет собирать себя по кустам в радиусе километра, а найдет чуть поближе и немного быстрее.
Флэшбэки будут всегда - но после терапии, которая работает, они не будут выглядеть как "нас извлекут из-под обломков" и "я вообще не знаю, что со мной".
А после терапии, которая не работает - в частности, после воздействия EMDR в виде билатеральной стимуляции и только - флэшбэки выглядят так, будто человеку вообще никто никогда не оказывал помощь. Ни понимания состояния, ни идей о том, что с ним можно делать.
Поэтому EMDR при ранней травме может применяться только как вспомогательная техника. И никогда, вообще никогда не может использоваться как единственный инструмент.
(*Под EMDR я здесь имею в виду стандартный протокол билатеральной стимуляции - метод терапии, в котором человеку предлагается представлять травмирующее событие как бы "со стороны" и одновременно следить за движениями руки/ручки в руке у терапевта (десенсибилизация движениями глаз) либо совершать действия, которые способствуют билатеральной стимуляции - похлопывать себя руками по плечам, постукивать пальцами по груди и т.п. Терапевт спрашивает, что сейчас происходит с клиентом, и помогает регулировать состояние в процессе. В результате реакция на триггер становится менее острой).
Действительно, бывает, что после таких EMDR-сессий человеку становится легче. И когда на глазах меняется состояние, отпускают напряжение и тревога - кажется, что EMDR прекрасно работает, вот же результат. Вот удалось интегрировать кусочек тяжёлого опыта, который никак не вставал на место, и человек успокоился.
Быстро, легко, эффективно.
Гармония длится до первого столкновения с триггером.
Триггер - и конструкция рушится в состояние "до терапии". Расползается ровно по тем же швам, которые были так технично заштукатурены.
Она поползет по ним вообще в любом случае, при любой терапии - но если человек понимает, что происходит, и знает, что с этим делать, это заметно облегчит ему жизнь.
Ранняя комплексная травма радикально меняет структуру личности.
И поэтому, как пишет Янина Фишер, "Не так важна способность выносить воспоминания о травматическом событии, как чувство безопасности здесь и сейчас, или умение осознать, что учащенное сердцебиение - всего лишь реакция на стимул, а не признак реальной угрозы, или же умение увидеть стыд, горе и гнев как воспоминания о чувствах себя-ребенка, слишком маленького, чтобы суметь самостоятельно себя успокоить".
Недостаточно проработать отдельно реакцию на триггер, заделав трещину.
Нужно что-то делать со всей конструкцией в целом, чтобы усилить связи между частями.
Но в EMDR нет таких техник - и строго говоря, это вообще не техника.
Это поддержка способности самособираться - как терминатор из жидкой стали - вокруг защиты общих интересов всех частей. Вокруг безопасности, справедливости, любви, созидания или желания построить простую нормальную жизнь. С этим может помочь терапевт - но он никогда не может это дать клиенту.
Нельзя помочь при кПТСР, только давая что-то извне - но не задействуя стремление человека хорошо жить, его упорство и его способность разбираться в том, что с ним происходит.
Это долгая, сложная и глубокая совместная работа.
Это никогда не легко и не быстро.
Это не легко даже тогда, когда человек прилагает все волевые усилия, на которые способен, чтобы выбраться.
Реакция на триггер может быть разной - в зависимости от того, работает ли терапия.
Это может быть полный распад в варианте "меня разорвет на много маленьких медвежат".
Или это может быть "стонал, но держал", если человек знает свои части, понимает симптомы верно - как то, что ему что-то хотят сообщить, может эти сообщения расшифровать и дать на них ответ.
И если терапевт научит человека хотя бы ориентироваться в состояниях, которые на него находят - то при встрече с триггером этот человек по крайней мере не будет собирать себя по кустам в радиусе километра, а найдет чуть поближе и немного быстрее.
Флэшбэки будут всегда - но после терапии, которая работает, они не будут выглядеть как "нас извлекут из-под обломков" и "я вообще не знаю, что со мной".
А после терапии, которая не работает - в частности, после воздействия EMDR в виде билатеральной стимуляции и только - флэшбэки выглядят так, будто человеку вообще никто никогда не оказывал помощь. Ни понимания состояния, ни идей о том, что с ним можно делать.
Поэтому EMDR при ранней травме может применяться только как вспомогательная техника. И никогда, вообще никогда не может использоваться как единственный инструмент.